ВАЛЕРИЙ СКРИПКО

В РАЗДУМЬЯХ О НОВОМ ЗАКОНЕ

На заседании Совета по межнациональным отношениям в Астрахани Президент РФ одобрил идею создания Федерального закона о межнациональных отношениях. Чтобы закон оказался полезным для нашей федерации, его авторы должны учесть предшествующий опыт СССР. Там было много поучительного.

По национальному вопросу в нашем многоликом обществе надо разговаривать серьёзно и честно или вообще не поднимать эту тему. Слишком глубокие пласты подсознания она затрагивает. Слишком ранимые струны в душе она задевает.

Попытку поговорить серьёзно предприняла редакция журнала «Дружба народов», которая в 2014 году выпустила сборник эссе, статей, очерков под общим названием «Народы перед зеркалом». Литературное «зеркало» получилось ещё мутноватым, эмоциональным, но показало и много такого, о чём в советское время не писалось нигде. Но что знали все, а именно, что мы все — очень разные. И Советский Союз жив, потому что советский строй лучше всего соответствует русским культурным тенденциям, с их тягой к коллективизму, к сильной государственной власти, к мессианству. А русских в союзном государстве — большинство.

Автор одной из ярких статей под названием «Мы — грузины» в сборнике «Народы перед зеркалом» Георгий Нижарадзе справедливо считает, что для русских советский вариант социализма стал важной составной частью национальной идентификации.

В Грузии всё обстояло гораздо сложнее. Уклад грузинского общества постепенно разрушался из-за рокового противоречия между исторически выработанным характером народа и новыми социально-экономическими условиями. Этот уклад формировался веками, он определил весь характер взаимоотношения людей.

Всё это своеобразие очень сложно понять со стороны, и уж совсем невозможно быстро изменить или переделать под общий стандарт взаимоотношений в новом государственном образовании. Изучив многолетний опыт советских преобразований, Г. Нажарадзе слишком хорошо видит явный вред этого «эксперимента» для его народа. Он отмечает, что: «Марксизм (во всяком случае по форме) полностью находится в русле западно-европейского мышления и культурных традиций с их рационализмом, просветительством и протестантской этикой. От марксистских понятий прибавочной стоимости, производительности труда, общественного прогресса… в чужой культурной среде остались лишь одни названия, а содержание полностью изменилось». Очень верно подмечено! Социальное содержание нового общественного строя каждый народ бывшей империи стал кардинальным образом видоизменять под себя в соответствии со своим национальным характером.

Неужели такой поворот событий не предвидели российские последователи марксизма? Сложно представить! Может быть, они старались убедить себя и других, что они все эти препятствия успешно преодолеют, ибо их учение всесильно, потому что оно верно? Так хотелось сделать всё побыстрей, что забыли предупреждения учителя своего Карла Маркса о том, что до социализма нации должны дозреть и в ходе экономических преобразований, и в ходе культурного развития. В свете семидесятилетнего опыта СССР можно добавить, что это будущее для тех народов, чей менталитет, чья история, социальный опыт и формы хозяйствования более всего соответствуют принципам социализма.

В отношении других народов, интуитивно чувствуя, что они «режут по живому», ломают то, что нельзя ломать, советская власть при создании СССР ухватилась за идею национально-культурной автономии.

Но и это не помогло! В СССР производственные отношения и отношения собственности строились на принципах коллективизма, резко отрицательном отношении к богатству, традиции сильной государственной власти, мессианстве. А эти основы советского образа жизни далеко не всеми народами принимались как основы их собственного существования. Для грузинского народа, как пишет Г. Нажарадзе, «мои и моих родственников интересы стоят выше интересов всех остальных». Неудивительно, что в таком обществе высокие ценности социализма носят декларативный и довольно абстрактный характер. «За пределами Грузии, — отмечает публицист, — формировался стереотип: “грузин — денежный мешок, торговец, спекулянт. Это свидетельство формирования системы адаптации к новому советскому режиму. То, что официально считалось незаконным, неофициально допускалось”».

«Неформальные отношения» десятилетиями развивались вглубь и вширь под прикрытием вполне официальных норм поведения.

Все эти процессы имели место и в других советских республиках, со своей спецификой в каждой из них, но с общим для всех процессом «перемены и подмены смыслов». Человек становился партийным руководителем не по убеждениям, а потому что принадлежал к влиятельному клану. Как по волшебству, людей, которые не внесли никакого вклада в общее дело социализма, людей, даже враждебно настроенных к нему, «неформальные связи», «нужные знакомства» превращали в относительно богатых граждан республики. А крупные суммы денег, которые у них скапливались, в свою очередь, путём «подарков», прямых взяток и платных услуг ломали все социалистические отношения в обществе, вели к имущественному расслоению, к явным нарушениям закона. Все сферы общественной деятельности в республиках постепенно подминал под себя всё разрастающийся «спрут» кумовства, блата, подкупа и мошенничества. «Поздний» социализм начала восьмидесятых годов почти по всей стране — это уже грустная пародия на самый справедливый общественный строй. Советский труженик, как особый тип человека коллективистского образа жизни, сохранился в основном на сибирских стройках, в новых городах и посёлках на предприятиях оборонки.

Автор статьи «Мы — грузины» отмечает, что «в конечном итоге наиболее притеснённым оказался честный трудящийся, который не имеет ни должности, ни денег, ни влиятельных знакомых… который пытался содержать себя своим трудом, но оказался в нижней части общественной пирамиды. Он стал олицетворением слабости и глупости, и взимание с него “оброка” со стороны “сильных” превратилось чуть ли не в универсальное правило жизни». Этот процесс разложения набирал обороты не только в республиках, но и в российских краях и областях Советского Союза. И, как следствие, в СССР вместо социализма, который даёт самые большие преимущества именно честному труженику, в стране возник и постепенно утвердился общественный порядок прямо враждебный всем честным трудящимся. А крушение именно их надежд — есть ни много ни мало начало крушения всякого государства, в том числе и многонационального.

Первый урок нашего прошлого заключается в том, чтобы никому и никогда не забывать — для кого и для чего мы затеваем великое дело смены общественного строя и строительства многонационального государства.

Самой главной опорой для реформаторов является рядовой труженик — будь то предприниматель, рабочий или учитель. Опору надо создавать идеологически, то есть сознательно ликвидируя любые большие диспропорции в оплате труда, решительно отменяя льготы и привилегии для начальства. Справедливое распределение национального дохода нужно вовсе не для показной демонстрации, что мы строим социальное государство. Оно необходимо, чтобы люди поверили в полезность такого единения. Только с поверившими в справедливость власти народами можно создать основу сильного многонационального государства.

Наш «рачительный хозяин», который появился в начале 1990-х, оказался вовсе не рачительным. Он действовал с точностью до наоборот. В деле укрепления федерации с рыночной экономикой на него совсем нельзя было положиться. Представители власти и предприниматели при каждом удобном случае рвали друг у друга добычу — лучшие «куски общественного пирога», совсем не заботясь о своём авторитете! На какую «дружбу» с другими народами РФ надеялись и надеются политики при таком наплевательском отношении к идеологической основе объединения? Просто удивительно! Есть у нас печальный опыт государственного строительства и в отношении русского народа — фундамента страны и по численности, и по тому, как он относился к социализму. (А к социализму и к образованию Союза он относился более чем положительно.)

Не надо было только самый многочисленный народ лишать своего партийного органа, своей государственности в виде союзной республики в составе Советского Союза. Всё перечисленное помогло бы развитию русского национального самосознания в рамках СССР. Но это было нетерпимо для «интернационалистов» в руководящих органах КПСС.

Вдохновлённые идеей В. И. Ленина об опасности великорусского шовинизма, партийные идеологи СССР уничтожали всеми способами чувство национального достоинства русского человека. В воспоминаниях писателя С. Чупринина в журнале «Знамя» (№ 11 за 2014 г.) описываются события второй половины 1970 годов. В отделе пропаганды ЦК КПСС со времён А. Н. Яковлева «окопались прогрессисты, ко всему национальному относившиеся с подозрением…» Имеется в виду, конечно, национальное русское. За каждой творческой попыткой русской нации осознать свой национальный опыт, своё духовное развитие при социализме, не только отдел пропаганды ЦК КПСС, но и многочисленный слой прозападно настроенной интеллигенции видели опасные проявления русского национализма. «Прогрессисты» во всех СМИ (во имя не известно какого прогресса), образно говоря, «не давали поднять голову» русскому писателю и философу, чтобы обсудить национальные проблемы, как это делали в своё время русские мыслители И. Ильин и Н. Бердяев. Жуткий, позорный период нашей истории!

В воспоминаниях С. Чупринина сообщается, что главный редактор самой большой и влиятельной советской «Литературной газеты» А. Б. Чаковский был враждебно настроен к писателям-деревенщикам. Это к тем, кто боролся за сохранение наших национальных корней во имя будущего нации.

Многочисленные критики и руководители творческих союзов зорко следили, чтобы ничего собственно русского не проникало на сцены, на экраны и в прессу. В общем, свой последний оплот в деле сохранения СССР руководство этого союза всех уровней сознательно превращало в каких-то безродных маргиналов. Итог этих усилий очень печальный. Не может безликая толпа никого и ничего «скреплять»! Не может и не хочет.

Из этого следует урок второй: не рубите сук, на котором сидите… Господа либералы и космополиты — хозяева СМИ — не унижайте национальное большинство страны: тех, кто собирает хлеб, строит, осваивает недра и защищает границы, полагая, что это его родина.

Сегодня обсуждается необходимость принять Закон о российской нации. Правовые нормы по государственному строительству, как известно, должны скреплять, направлять, регулировать какие-то общественные отношения.

И кого с кем мы скрепим новым законом? Непонятно. Мы очень далеки друг от друга, и в прямом и переносном смысле, с хозяевами рыбных промыслов, лесов и полезных ископаемых. Вряд ли нам хватит силы голоса, чтобы докричаться до молодого человека, который управляет своими траулерами по мобильнику, сидя в шезлонге на тропическом острове! Докричаться и сказать, что нельзя топить русских людей в шторм из-за трала, полного рыбы, предназначенной для продажи японцам. Мы, мол, одна нация. А нациям надо беречь своих крепких мужиков. Но ты, урод, живёшь только своими интересами!

Вряд ли кто из его «подельников» скинет «рыбарю» по Интернету экземпляр Закона о российской нации, чтобы мой соотечественник прочитал, проникся, прослезился и позвонил капитану трау-
лера, чтобы тот не выходил в море во время шторма.

И что тут делать? Подобный случай гибели траулера и команды произошёл несколько лет назад в Охотском море. Представитель прокуратуры РФ в теленовостях обещал найти хозяина траулера на одном из субтропических островов. Господи, что за страна, в которой мы живём? Ну где они кого найдут? А если и найдут, то что? По всем ранее принятым «рыночным законам» хозяева нашей жизни свободны, независимы и автономны, как астероиды, блуждающие по галактике. Другие парни, обитающие в чужих южных краях, включив дистанционное управление своими предприятиями, продолжают давать команды — сюда, в Россию, и выжимать последние силы из российских рыбаков, шахтёров, нефтяников! И мы будем считать этих разбойников частью российской нации? Очень мило!

Не они нацией должны управлять, а нация ими. И указывать — куда поставлять дешёвую рыбу, куда подавать дешёвую электроэнергию и т. д. Заставлять делать то, что большинству народа выгодно. А если на первом месте только коммерческий интерес и выгода предпринимателя (о поддержке такой позиции не раз говорилось на самом высоком уровне власти в РФ), Федеральный закон о нации вряд ли даст какой-то положительный результат.

В стране, где только коммерсанту и банкиру хорошо, остальным обязательно плохо! Я бы, например, с А. Чубайсом не то что в одной нации, а на одной планете не хотел бы жить и называться одним словом «землянин».

С другой стороны, с рабочими и крестьянами, а также безработными согражданами всех республик РФ мы и так — не только одна нация, но и родные братья по несчастью, которое называется — рыночная Россия!

 

published on cemicvet.ru according to the materials namsvet.ru

Интересное вокруг
...