ВЕРТИКАЛЬ КРЕЩЕНИЯ

Какой будет наша жизнь?.. Это во многом зависит от её начала, от первых впечатлений, от первых настроек на окружающий мир. Очень важно, когда жизнь начинается, эту жизнь заключить в обряд, как картину в раму. Так делалось в советской школе, когда нас всех принимали в пионеры и комсомольцы. Так делается и сейчас в армии, когда принимается присяга, и в медицинском институте, когда читается клятва Гиппократа.

Жизнь через обряд как бы сама втягивает людей в себя, чтобы ей было легче, чтобы слаженно работали её механизмы: механизм армии, механизм брака, механизм врачевания. Везде свои правила игры, соблюдая которые, вписываешься в новое для себя пространство, становишься новым винтиком хорошо отлаженной машины. Важно, чтобы везде, с приходом нового человека машина не стала давать сбои.

Это как раз говорит о том, что жизнь волшебна, что она не только материальна, что в каждом её ящичке работает свой волшебный механизм и Главный Механик не хочет, чтобы кто-то эти волшебные механизмы тормозил. Ведь если все механизмы работают слаженно, то в идеале создаётся такая общая слаженность, что впору забыть, что за этим стоит вообще какая либо механика, а наоборот, это вся Вселенная по велению Творца дышит одним слаженным дыханием! Люди до поры до времени не видят этой возможной гармонии и понимают необходимость подчинения только в определённом возрасте.

Отсюда вывод: когда мы с самого рождения попадаем в обряд, не только наша жизнь катится, будто смазанное колесо, но и нам потом проще жить, мы легче включаемся в игру, нам легче жить по чужим правилам.

И наоборот, если обряд проходит мимо нас, то жизнь наша тормозит и стопорится, и мы потом нигде не вписываемся. Некрещёный человек, например в армии, требования к себе сержантов и офицеров часто принимает за придирки, а то и за личные оскорбления. А крещёному легче, он понимает, что ради общего порядка надо смириться. А порядок — это нечто божественное.

И тут очень важна роль Церкви, которая соприкасается с человеком до армии, до всяких принудительных институтов. И она вырабатывает смирение и терпение, чтобы не спрашивал человек, почему молитва «Отче наш» произносится именно так: «Отче наш, иже еси на небесех. Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли…»

И пусть даже тебе это кажется примитивным или неправильным, не спрашивай, почему это так. Тысячу лет люди говорят эти слова, и они действуют, они работают. Почему же ты хочешь сразу сломать этот порядок, не подчинившись ему? То есть привыкни к тому, что есть некоторые вещи, которые не надо понимать и не надо объяснять, а надо просто принять и выполнять.

Ты хочешь общаться с Богом? Так вот не будет тебе другого пути к Нему, как только через смирение, через принятие того, что Он дал и что сложилось в течение веков. Пока не станешь произносить слова молитвы и совершать принятые действия без тени сомнения в них, пока ты эти сомнения из себя не выгонишь, ничего тебе не будет. И крещёный человек, бывая в церкви, довольно быстро на себе убеждается, что действительно, как только все сомнения из себя выгоняешь, то сразу чувствуешь некий трепет и становится легко во всё верить и принимать многое из того, что раньше отвергалось. А потом умный батюшка тебе и объясняет: «Да, сын мой, ты потому и не слышал в себе голос Божий, что не очищал свою душу, загрязненную сомнениями да неприятием. Бог не мог к тебе руку протянуть».

Древнее славянское значение слова «обряд» — одежда. Обряжать — значит одевать, то есть последовательно надевать фрагменты одежды, каждый из которых своей формой и украшениями играет свою уникальную роль. В целом же каждый обряд выражает какое-то важное понятие.

Обряд крещения, например, отражает как бы двойственную суть человека на земле. С одной стороны, человек несёт в себе упорядоченность (хотя бы потому, что мать и отец зачали его и воспроизвели на свет сложившимся упорядоченным способом), а, с другой стороны, человек несёт в себе хаос природы, первобытное начало, неподчиненые никому.

Как у Пушкина:

Зачем крутится ветр в овраге,

Взметает пыль и лист несёт,

Когда корабль в недвижной влаге

Его дыханья жадно ждёт?

Зачем от гор и мимо башен

Летит орёл, угрюм и страшен,

На чахлый пень? Спроси его!

Зачем Отелло своего

Младая любит Дездемона?

Затем, что ветру, и орлу,

И сердцу девы нет закона!

Так вот и у каждого из нас в душе есть эти дикие уголки, где нет закона. Начинается этот закон, когда батюшка подходит к ребёнку с крестом, как с наглядным и величественным символом порядка, символом обряда, ритуала, знаком того, что придётся подчинять себя, когда надо.

При подготовке к крещению (Православная церковь отмечает Крещение Господне как праздник, 19 января) человека помазывают елеем — маслом, которое предварительно благословляется, освящается. Это символ приобщения к православному миру, со всеми его таинствами и каналами связей с Божественным, но и тоже упорядочивание, встраивание в духовную систему…

Раньше такое упорядочивание, такое встраивание в систему духовных ценностей делала советская система воспитания, предлагая идеалы и участие в организациях (октябрята, пионеры, комсомольцы, коммунисты), формируя осознание важности общественного прежде личного. И мы выполняли свой долг — ехали на целину, на картошку, в стройотряды. Это работало. А теперь осталась одна Церковь с её воспитанием смирения.

В каждом из нас борются хаос и порядок, и, когда художник собирается изобразить обряд, то за этим намерением стоит подспудное желание прикоснуться к порядку, к волшебным механизмам, которые работают в любой сфере. Почему и говорят, что жизнь — это машина, в ней масса механизмов или блоков (Церковь, политика, тюрьма, спорт, досуг), а люди — это маленькие винтики, работающие в этой гигантской машине, выполняющие ритуал. И всё это работает только потому, что есть механизмы смирения. Иначе вся машина рухнет.

Наречение ребёнка (или взрослого) именем при крещении — ещё одна ниточка, привязывающая человека к порядку, укрепляющая смирение и в то же время дающая силу. Во-первых, нарекать принято было в честь святого или святой, чей день был самым близким ко дню рождения младенца. Тогда высокий покровитель, имеющий заслуги перед Богом, сможет помогать своему подопечному, да и человек потом сможет постоянно обращаться к нему, так же как и к своему ангелу-хранителю. Считалось, что, если рубашку, в которой крестили первого ребёнка, надевать потом на всех последующих детей, все они полюбят друг друга.

В процессе обряда крещения священник читает ряд молитв о том, чтобы эти воды получили, благодатью Святого Духа, те свойства освящения и очищения, которые когда-то (когда собирались у Иордана ученики Иоанна Крестителя и пришёл к этой реке креститься в ней Сам Господь наш) были присвоены реке Иордану.

То есть произнесением одних и тех же тысячекратно повторяющихся слов, относящихся к библейским временам, священник как бы вызывает эти времена, эти события, эту священную реку Иордан, Иоанна Крестителя с учениками и самого Христа, Который пришёл сюда, чтобы окреститься. Вот что такое обряд крещения!

После того как человек (или ребёнок) крестился, то есть погрузился в эти воды при словах: «Крещается раб Божий такой-то (раба Божия такая-то) во имя Отца и Сына и Святаго Духа», — он выходит из этих вод обновлённый и в знак вновь обретённой чистоты облекается в белую одежду.

Затем трижды (повторение — признак любого обряда, как бы в знак вечности) совершается шествие вокруг купели; священник идёт впереди с крестом, за ним несут ребёнка, а хор поёт: «Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся», то есть те, которые погрузились в Него, теперь как бы одеты Его чистотой.

Затем читается послание апостола Павла, где говорится о том, что мы погружаемся в эти воды для того, чтобы умереть ко всему, что чуждо и Богу, и Христу, и нам самим, и восстаём в обновлённой жизни.

И наконец последнее действие этого обряда — миропомазание.

Миро — это особого рода масло, освящаемое раз в год патриархом вместе с епископами. Оно изготовляется и раздаётся всем священникам, чтобы они могли, как бы из одного источника, помазывать крещаемых. И это помазание символично, потому что слово «Христос» в переводе с греческого языка как раз и означает «Помазанник».

На картине художника Юрия Сергеева «Крестины» впечатления от крещения, которое у него состоялось только в 29 лет, когда он был уже взрослый. Его поразила роскошь иконостаса и величие обряда, который окружает крещение.

Да и само крещение, если задуматься, сразу возносит нас до небес — маленький человечек получает благословение и пропуск в мир на самом высоком уровне, когда включаются высшие, заложенные в нас Богом программы, так что потом, с такого уровня ему будет трудно опуститься до уровня невежи и вандала.

Художника поразила во время его крещения «тощая» свеча. Огромная расписная свеча, всегда стоящая у алтаря. Почти полтора метра в высоту и в ладонь толщиной, она почему-то называлась тощей. Запахи свечей, ладана, величественный порядок движений церковнослужителей, сияющее паникадило…

Мы ещё так мало знаем об обряде крещения. Как нужно держать ребёнка: на вытянутых руках или прижимать к себе, высоко (на уровне души) или низко? Ведь батюшка общается с ребёнком на уровне духа. Работает дух, раз все стоят вертикально. И, вообще, в нашей Православной церкви всё делается вертикально, душа трудится, работает дух. И службы длятся по пять-шесть часов подряд. Для католиков, которым в костёле предоставляются скамьи и скамеечки для ног, это тяжело. А нашим православным такой труд не в тягость, а если есть у нас скамейки, то они для больных и немощных…

Важно, что маленький человечек этой вертикалью заряжается в храме на всю жизнь…

ГЕРМАН АРУТЮНОВ

published on cemicvet.ru according to the materials namsvet.ru

adminИнтересное вокруг
...