МИХАИЛ АЛЕКСЕЕВИЧ ДМИТРУК

АРТИСТИЧЕСКАЯ ТРАГЕДИЯ

Актёр Алексей Васильевич БОЯРШИНОВ. Сейчас о нём мало кто вспоминает. А ведь он создал систему не менее полезную, чем знаменитая система Станиславского. Систему оздоровления актёрскими упражнениями. С их помощью он сам избавился от «неизлечимых» (по мнению врачей) болезней и научил этому тысячи других людей. Его оздоровительные занятия в спортивных залах Москвы имели огромный успех в 1980-х годах. Эффективность этих занятий многократно превосходила всё, что могла предложить медицина. У Бояршинова выздоравливали самые «безнадёжные». Это было настоящее открытие на стыке искусства, медицины и философии.

Великое становится видно издалека: только теперь мы начинаем по-настоящему осознавать открытие Бояршинова, и это осознание, по мнению специалистов, будет продолжаться ещё десятки лет. Но уже то, что ясно, становится ключом к разгадке великих тайн, которые раньше были за семью печатями.

Воспитание победителя

Чтобы получить «ключ» Бояршинова, надо сначала понять самого артиста. Алёше было 15 лет, когда в 1938 году его родителей репрессировали как «врагов народа». Отца расстреляли, мать получила 10 лет лишения свободы. Их нехитрое имущество изъяли при обыске. Алёша и его 18-летний брат Борис были предоставлены воле судьбы. Как дети «врагов народа» они не могли получить образование, какое хотели. Брату всё-таки удалось поступить в Московский торфяной институт. Алёша пошёл учиться в ФЗУ на слесаря. «Мне потом всю жизнь пришлось доказывать, что я честный, чистый человек», — вспоминал он.

В первые дни Великой Отечественной войны братья записались в действующую армию добровольцами. В марте 1942 года Борис, проявив мужество в бою, был смертельно ранен. Алексей прошёл с боями всю войну. Ходил в разведку, попадал в окружение, не раз оказывался перед лицом смерти.

В 1943 году, в самом начале сражения на Курской дуге, Бояршинова в очередной раз ранило. «Если бы не это ранение, я бы не выжил в той мясорубке. Тогда мало кто уцелел», — вспоминал он. Парадоксальным образом работал над ним Промысел Божий: раны… спасали его от смерти. Одна из них чуть было не отправила его на тот свет: четырнадцать осколков от разрывной пули в области сердца. Но он выжил, а осколки остались в нём на всю жизнь. Ещё одно напоминание о войне — перебитый нерв левой руки, которая перестала его слушаться. А ему надо было работать руками, чтобы добывать хлеб насущный.

Как «враг народа» Алексей не мог получить высшее образование, даже на простую работу ему было трудно устроиться. Он голодал, подрабатывал, где придётся. Научился шить шапки, делать модельную обувь и другие полезные вещи. Но только он встал на ноги, как его здоровье резко ухудшилось из-за перенесённых ран. Рука с перебитым нервом бессильно повисла, развился тяжёлый тромбофлебит, мучили страшные головные боли. Врачи от него отказались, как от безнадёжного — медицина была бессильна. Но он очень хотел жить и был вынужден самостоятельно изобретать новые способы лечения.

Война сделала его калекой, который, по мнению врачей, должен был умереть молодым. Но волевые качества, которые воспитало общество у сына «врагов народа», позволили ему не согласиться с такой перспективой. Медицина не помогла — и он отринул её со всеми «неизлечимыми болезнями». На него не действовал гипноз врачей — и он совершил то, что они считают совершенно невозможным.

Сам себя исцелил

В детстве Алёша часто ходил с родителями в театр, в том числе на спектакли МХАТ. Образ Константина Станиславского ярко запечатлелся в его памяти. Потом он с увлечением изучил знаменитую систему Станиславского. Великий режиссёр и педагог учил актёров вживаться в образ героя, как бы перевоплощаться в него, добиваясь полной психологической достоверности своей игры. И вот, в критический момент, на грани жизни и смерти, как вспышка озарения, Алексею пришла спасительная мысль: «А что будет, если больной человек начнёт вспоминать и тренировать эмоции здорового человека?» Подражая любимым актёрам, он начал по системе Станиславского вживаться и перевоплощаться в образ здоровяка.

А ещё он многому научился… у маленьких детей. У этих «ангелов, спустившихся на землю», преобладают очень милые, добрые, чистые, радостные чувства, свидетельствующие о здоровье души. Недаром Иисус Христос сказал: «Будьте как дети, ибо их есть Царство Небесное». Алексей попытался вспомнить свои детские чувства, вжиться в образ самого себя, но в младенческом возрасте. И это ему удалось.

Уже через год тренировки положительных эмоций Бояршинов полностью восстановил своё здоровье. К великому изумлению врачей и друзей, знавших его как больного и немощного человека, он стал активно заниматься спортом — играл в футбол и водное поло.

Играть в футбол, имея бездействующую руку, ещё можно с горем пополам. Но заниматься спортивным плаванием однорукому совершенно невозможно. Так вот, через год упорной тренировки психики у Алексея полностью восстановилась левая рука, в которой был перебит нерв. Это означает то, что произошло чудо, невозможное с точки зрения медицины: нерв сросся! То есть нервная ткань восстанавливается вопреки утверждениям медиков.

У Алексея был приятный бархатный баритон. Он был душой компании, любил петь, участвовал в заводской самодеятельности ЗиЛа. И в 1957 году стал лауреатом Всемирного фестиваля молодёжи и студентов в Москве. Его пригласили в Московский театр оперетты. Затем он работал в Московской филармонии, снимался в кинофильмах. Но, «будучи человеком прямолинейным, ни перед кем не лебезил, — вспоминал Бояршинов. — Вот и играл второстепенные роли».

Но публика была о нём другого мнения, нежели начальство. На гастролях он так талантливо исполнял песни и читал стихи, что зрители были в восторге и не хотели его отпускать. А других артистов встречали прохладно. «После тебя трудно выступать, всё внимание на себя берёшь», — говорили ему. И со временем переместили его выступление в конец концерта. А секрет успеха был в том, что своим искусством Бояршинов передавал зрителям те самые здоровые эмоции, которые натренировал в себе, чтобы избавиться от «неизлечимых» недугов. Люди чувствовали это и получали большое удовольствие от его игры.

Так как учётная карточка актёра была на киностудии имени Горького, его иногда приглашали на эпизодические роли. Он снялся в фильмах «Щит и меч» в роли сержанта разведроты (играл самого себя), «Семнадцать мгновений весны» — в роли министра Шпеера (играл своего антипода) и в некоторых других. «Наверное, это хорошо, что я не стал известным, признанным актёром, хотя вполне мог им стать, — вспоминал Алексей Васильевич. — Иначе и не пошёл бы по нестандартному пути». Промысел Божий направлял его на более благотворную деятельность.

Учитель здоровья

Из великого множества психофизиологических состояний человека (так он их называл) Алексей Васильевич Бояршинов отобрал семь наиболее гармоничных, благотворных для души и тела, которые бывают у маленьких детей, а потом утрачиваются большинством людей под ударами суровой реальности. Оказалось, что эти состояния имеют огромную целебную силу, вспоминая их и удерживая в себе, «проигрывая» подобно нотам музыкальной гаммы, можно избавиться чуть ли не от всех недугов, которые медицина провозглашает неизлечимыми. И бывший инвалид создал на их основе уникальную «гимнастику чувств», которая восстанавливает здоровье души и тела.

«Я взял из искусства самые безобидные, самые хорошие состояния, которые нас бесконечно трогают, которые вложены в каждого и являются основой человека», — рассказывал Алексей Васильевич. Как актёр и режиссёр, он предлагал вместе с ним вспомнить, прожить наиболее благотворные психофизиологические состояния: после сна, сладкий зевок, добрая улыбка, аппетит к жизни, слёзы радости и умиления, изумительно приятное дыхание, необычайно много сил и нежности.

Но как «вытащить» из себя эти забытые большинством людей состояния? Алексей Васильевич заметил, что есть обратная связь между чувствами и мимикой. Мы видим, что любое чувство изменяет определённым образом черты лица. А что будет, если мы сознательно сделаем эти черты такими, какими они бывают при определённом чувстве? Совершенно верно: через несколько мгновений это чувство в нас «проснётся». Простейший случай — любимый американцами «чи-и-из» (сы-ы-ыр): растянув губы в искусственной улыбке, мы через некоторое время чувствуем, что она как бы расцветает внутри нас и становится естественной. Всё дело в том, какая это улыбка — добрая или злая. В первом случае она будет укреплять здоровье, во втором — разрушать. Недаром злоба считается в христианстве смертным грехом.

Я бывал на занятиях Бояршинова в спортивных залах Москвы и видел, как он учил больных людей вспоминать (вытаскивать из подсознания) забытые эмоции здоровья. Люди ложились на спортивные маты или мягкие коврики, закрывали глаза, расслаблялись. И слышали добрый, протяжный голос учителя: «Чуть-чуть наморщили нос, чуть-чуть приподняли брови, сделали полость во рту… Ах, какой приятный, сладкий, здоровый зево-о-о-к!» Тут Алексей Васильевич самым натуральным образом громко и смачно зевал. При такой звуковой «шпаргалке» невозможно было не вспомнить это состояние, не ощутить сладости здорового зевка. Весь зал восторженно зевал, испытывая благодарность к учителю и друг другу за обретённое состояние здоровья, которое они отныне будут вызывать у себя самостоятельно.

То есть актёр показывал голосом, ЧТО должны вызывать слушатели, и они, сочувствуя ему, «вытаскивали» это состояние из памяти с помощью определённой мимики лица. Подобным образом с помощью учителя они извлекали из себя другие благотворные психофизиологические состояния. Алексей Васильевич называл их гармоничными, потому что в них душа и тело находятся в гармонии. Они помогают друг другу, а не вредят, как это бывает в состоянии дисгармонии (та же злая улыбка). А всё своё детище Бояршинов назвал Актёрской гимнастикой гармонического совершенства (АГГС). Занимаясь ею, человек актёрскими приёмами вызывает в себе гармоничные состояния, которые в итоге делают его совершенным с точки зрения психофизиологии, то есть абсолютно здоровым.

А сейчас — прошу внимания! — самое главное: что надо делать для закрепления благотворных состояний, предложенных Бояршиновым, чтобы они не забывались и в любое время возникали по желанию человека. Решение оказалось простым, как всё гениальное: надо совершить физические усилия, поработать мышцами — и тогда энерго-информационное, то есть душевное состояние, закрепится в организме на биохимическом уровне. В следующий раз его будет вспоминать всё тело, а не только его тонкоматериальная часть.

Тут надо сделать отступление. В 1980-х годах в России было повальное увлечение йогой. И Алексей Васильевич впервые показал свою гимнастику публике, придя в качестве гостя на секцию йоги. АГГС очень понравилась всем, в том числе гуру, который признал её «выше йоги». И через несколько дней он и его ученики стали заниматься под руководством Бояршинова. Так вот, на его занятиях большинство учеников закрепляли вызванные состояния с помощью йоговских асан, как бы показывая, что не отстают от оздоровительной моды. Они стояли на лопатках и на голове, изгибались кольцами, завязывались узлами, и так далее.

Но в принципе закреплять состояния можно любыми физическими упражнениями — обычной гимнастикой, бегая, прыгая, танцуя… Что и делали некоторые ученики Бояршинова, придерживающиеся консервативных взглядов на оздоровление. Они считали, что «пропитываться» положительными эмоциями, да ещё гармоничными, надо знакомыми с детства упражнениями, традиционными для России. Тогда гимнастам будет помогать ещё и генетическая память. И, конечно, они были правы.

«Пусть Земля отдохнёт?»

Здесь я должен перейти к печальной части моего рассказа. На занятиях у Бояршинова часто бывал странный мужчина лет шестидесяти. Он, не стесняясь, называл себя масоном, хотя тогда в обществе было негативное отношение к вольным каменщикам. Мои скудные познания в этой области подтверждали общее мнение. Да и сам масон его подтверждал. Помню, мы с ним разговорились о губительности научно-технического прогресса, вернее, того направления, которое ему придавали «властелины мира». Я доказывал, что это развитие закономерно ведёт к глобальной катастрофе, рукотворному Концу света. Призывал направить прогресс на спасение Земли. И тогда масон совершенно спокойным голосом ответил мне:

— Ну что ж, пусть Земля отдохнёт…

Как это отдохнёт?! А где вы, господин, будете во время отдыха нашей планеты?

Бедный Алексей Васильевич — великий мудрец и маленький ребёнок, человек не от мира сего! Как я жалел и любил вас, когда приходил в вашу 11-метровую квартирку с бедной мебелью, где вместо драгоценностей были книги. И как вы однажды растрогали меня до слёз, открыв облезлый шкаф и достав пачку денег, заработанную на занятиях: «Может, мою гимнастику не пропускают потому, что чиновникам не дают взятки? Но если её не внедрить сейчас, то потом будет поздно: страна развалится, в мире наступит хаос. Ты же работаешь в газете ЦК КПСС (“Социалистическая индустрия” — орган научно-технического прогресса), можешь наверху войти в любой кабинет. Возьми эти деньги, отдай кому нужно ради общего спасения…»

О, Господи, прости нас и помилуй! Конечно, я не взял его деньги и не стал ходить по высоким кабинетам. Потому что уже тогда знал: нас спасает Господь, а не гимнастика — пусть и самая лучшая в мире. Если бы Богу было угодно, то АГГС давно распространилась бы по России и всему миру. И что тогда — все пребывали бы в райском блаженстве в нашем мире, который во зле лежит? Конечно, это невозможно. По грехам нам не даётся здоровье и счастье. Путь к ним лежит через покаяние, очищение от грехов.

Именно поэтому гимнастикой Бояршинова успешно лечатся добрые и честные люди, похожие на него. А злые и лживые не могут использовать АГГС для своего оздоровления, — и в этом их наказание. Но использовать её (вернее, нечто противоположное ей) для уничтожения других людей они, к сожалению, могут…

Искусство самоубийц

В Советском Союзе было сравнительно здоровое искусство, которое возвышало человека, а не втаптывало его в грязь, как сейчас. Художественные советы отбирали и запускали в массы, как говорил Бояршинов, носителей высоких психофизиологических состояний. Эти поэты, певцы, актёры передавали слушателям и зрителям свои возвышенные чувства и тем самым способствовали оздоровлению народа. Это продолжалось по инерции где-то до середины девяностых годов. Но потом началась капитальная перестройка, вернее, переломка искусства (и всего остального). Алексея Васильевича уже не было на этом свете, и никто не мог компетентно возразить против инфернального искусства, словно вылезшего из преисподней.

Просто поразительно: всё, что Бояршинов предлагал, делалось с точностью до наоборот. Вместо носителей гармоничных психофизиологических состояний на сцены и экраны запускали разнузданных, развратных, подлых людишек, которых нашли в притонах и в подворотнях, чтобы их патологическим искусством «пленять свет». Алкоголикам и наркоманам, гомосексуалистам и лесбиянкам, транссексуалам, мизантропам и сатанистам позволили выступать перед миллионными аудиториями. И уже много лет они тиражируют себе подобных, то есть больных психически и физически людей.

Я бы мог допустить, что это стихийный процесс, сопровождающий общую деградацию рода людского. Если бы не одна деталь. Эта адская музыка, эти зверские тексты, эти мерзкие телодвижения быстро забывались бы беспечной молодёжью — если бы её не заставляли закреплять их в себе патологические состояния тем самым способом, который открыл Бояршинов! Обычно это происходит на концертах и дискотеках. Кажется, что упыри и кикиморы выползают из ада на сцену, начинают рычать и визжать, показывая молодым, ЧТО им надо вызывать и тренировать в себе. И тут же предлагают им эту тренировку — лихие танцы, то есть физические упражнения, закрепляющие патологию на биохимическом уровне. Даже если в зале все сидят, им предлагают махать руками, раскачиваться в креслах и подвывать артистам инфернального жанра для закрепления самоубийственного эффекта.

Но сами музыканты на эстраде постоянно орут и дрыгаются, то есть больше всех насыщаются этой отравой для тела и души. Неудивительно, что современные артисты часто умирают молодыми вопреки героическим усилиям медицины. И это кумиры молодёжи?! Современную ситуацию в искусстве, когда артисты губят зрителей и самих себя, я воспринимаю как артистическую трагедию.

Не хотите ли проверить?

Меня могут обвинить в сгущении красок, беспочвенных опасениях, нагнетании страха — «иде же не бе страх». Но после смерти Бояршинова прошло более двадцати лет. За это время российские учёные совершили много открытий, которые позволяют точными приборными методами проверить его эмпирические наработки. Так, в лаборатории доктора биологических наук Станислава Валентиновича Зенина исследовали, как воздействуют на живые системы концерты трёх известных мастеров эстрады. И оказалось, что у всех этих «мастеров» воздействие было пагубным. Их «искусство» вызывало в чашках Петри размножение патологических микроорганизмов и подавляло развитие полезных, которые поддерживают здоровье людей. Под влиянием «мастеров» резко усиливались онкологические процессы, вода изменяла свою структуру в худшую сторону, в ней разрушались гармоничные ансамбли молекул, она становилась «мёртвой»…

А есть ли вообще в наше время полезная музыка? Да, исследования показали, что полезна для здоровья классическая и народная музыка — если она исполняется не патологическими артистами. В лаборатории профессора Зенина установили, что наибольший оздоровительный эффект имеет музыка Государственного академического русского концертного оркестра «Боян» под руководством Анатолия Ивановича Полетаева. Отчёт об исследованиях его музыки учёные послали в соответствующие организации — в результате оркестр «Боян» был внесён в Российскую книгу рекордов Гиннесса как коллектив, наиболее благоприятно воздействующий на публику.

Алексей Васильевич Бояршинов был бы счастлив, если бы воздействие его гимнастики на людей изучили лабораторными методами. Тысячи выздоровевших больных уверили его в благотворности этого воздействия — он и его ученики смело пошли бы на эти исследования. Такая смелость была у дирижёра Анатолия Ивановича Полетаева: он давно заметил, что у людей улучшается самочувствие на концертах «Бояна», они хотят туда как на курорт, — и без страха позволил учёным исследовать свою музыку.

Многие ли артисты согласятся проверить приборами воздействие своего искусства на людей и сделать результаты исследования достоянием гласности? Ответ очевиден: большинство из них вышли на сцены и экраны вовсе не для оздоровления народа. Им платят за его растление и оглупление, которые ведут к деградации и гибели. Артисты требуют и получают большие деньги за эту вредную работу. И очень не хотят, чтобы все узнали из достоверных источников, что их искусство губит людей.

А что делать бедным зрителям, когда им со всех сторон суют это патологическое искусство? Ну конечно — отказаться от него, если они хотят выжить. Но для этого надо научиться различать патологию артистов, и она должна вызывать отвращение у наиболее здоровых зрителей. А такую способность приобретают лишь те, кто видел высокие состояния хороших артистов, полюбил их, перенял, натренировал в себе, как это делали когда-то ученики Бояршинова.

Нам крупно повезло: слушая приятный голос Алексея Васильевича, мы вспоминали блаженные состояния, которые испытывали в детстве, и «проигрывали» их подобно музыкальной гамме. В конце такой игры было ощущение великой радости, с которой не сравнится никакое удовольствие, получаемое иногда от массового искусства. Испытав эти ощущения, познав эту радость, мы уже не могли «наслаждаться» теми суррогатами, которые нам подсовывают на сцене и эстраде, по телевидению и Интернету.

Мне, как и другим ученикам Бояршинова, легко оценивать самых больших «артистов» — современных политиков. Ведь они, вольно или невольно, используют артистические приёмы, когда выступают перед публикой. А в этих приёмах нетрудно различить низкое и высокое. Нам противны выступления Обамы: он демонстрирует самые негармоничные сочетания злобы, гордости, похоти и других страстей, которые передаются интонациями даже тем, кто не понимает языка американца. Сотаинник Серафима Роуза иеромонах Герман очень верно уловил в речах Обамы интонации Гитлера. Американский президент как будто перевоплотился в бесноватого фюрера по системе Станиславского. А на самом деле есть большое внутренне родство между мировыми завоевателями, одержимыми идеей превосходства. Но одержимость (паранойя) до добра не доводит.

Некоторые выступления Владимира Владимировича Путина называют слабыми: мол, он ничего определённого не сказал, одни намёки и недомолвки хитрого политика. А если судить по интонациям, по состояниям, которые передаёт президент своим голосом, то почти все его речи очень хороши. Как бывший разведчик, опытный политик, серьёзно занимающийся спортом, наконец, как православный человек, он натренировал в себе здоровые, гармоничные состояния, которые благотворно влияют на публику.

Никто не может понять, почему у Путина такой высокий рейтинг вопреки многим неудачам в политике? Похоже, потому, что большинство людей (особенно русских) воспринимают его на подсознательном уровне, улавливая высокие состояния президента, а не его слабые тексты. И это хорошо, что у нас такой лидер. Когда пятая колонна саботирует чуть ли не все его указы и жизнь в России ухудшается вопреки усилиям Путина, он может реально помочь людям только одним — передать им наработанное им высокое состояние лидера страны, которая стала спасительным островом в океане хаоса. Состояние удерживающего мировое зло. И мы можем настраиваться на президента.

…Испытав на себе актёрскую гимнастику гармонического совершенства, тридцать лет оценивая с её помощью происходящее вокруг, ученики Бояршинова просто не могли не прийти к Православию. В храме они с удивлением нашли… всё, чему научились в АГГС. Оказалось, что эти «упражнения» для тела и души нужны лишь для того, чтобы в духе соединиться с Богом — бесконечным источником здоровья, мудрости, радости. Если происходит такое соединение, то человек выходит на более высокий уровень «гармонического совершенства», который невозможно достичь гимнастикой чувств. Так, хоровое пение монахов, подвизающихся в посте и молитве, передаёт высочайшие духовные состояния, на которые способен человек. Выше только ангельское пение.

Оказалось, что мы получаем исцеление (гармонию тела, души и духа) от Бога. А хорошая гимнастика только приближает к Господу. Она помогает выбрать правильный путь. Путь к храму, в котором спасение.

Искусство вышло из религии. Возвратившись в неё, оно могло бы принесли людям много пользы. Алексей Васильевич Бояршинов встал на этот путь, но не успел его пройти. Благодаря его открытиям сейчас это могут сделать многие.

published on cemicvet.ru according to the materials namsvet.ru

adminИнтересное вокруг
...